Шпенглер Освальд (1880 - 1936) – выдающийся немецкий мыслитель, один из классиков цивилизационного, или культурно-исторического, подхода к философии истории. Основное произведение Шпенглера – двухтомный труд «Закат Европы», в котором он высказал свою точку зрения на суть и структуру мирового исторического процесса. Будучи наследником традиций западной, главным образом – немецкой философии истории, Шпенглер построил свою собственную концепцию на преимущественно философских, а не исторических основаниях, и сделал ее фундаментом символическое истолкование исторических феноменов и процессов. Основной единицей истории, согласно Шпенглеру, являются культуры, а основная задача, поставленная им в «Закате Европы» – установление того, что же такое культура, в каком отношении она находится к историческому процессу, к жизни, к природе, к душе, к духу, в каких формах она выступает и насколько эти формы – народы, языки, эпохи, идеи, битвы, боги, государства, искусства, науки, юридические нормы, хозяйственные формы, великие люди и великие события – являются символами и подлежат в качестве таковых истолкованию. Согласно Шпенглеру, не существует никакого единого человечества, это – чисто зоологическое понятие, или вообще бессмысленное название. В реальности человечество представляет собой множество различных культур, которые являются живыми организмами. История античной или китайской культуры представляет собой морфологически точное подобие микроистории отдельного человека, дерева или цветка. Каждая культура проходит в своем развитии возрастные ступени, присущие любому человеку, т.е. имеет свое детство, юность, зрелость и старость. Исходя из предложенной им схемы истории, Шпенглер критикует традиционное представление о разделении истории на древний мир, средние века и новое время. Как он полагает, это представление имеет своим источником тщеславие западноевропейского человека, в сознании которого история целых тысячелетий, например древнеегипетская или китайская, сморщивается до эпизодических случаев, тогда как особенно близкие ему десятилетия начиная с Лютера и, особенно, с Наполеона, приобретают циклопический вид. Свое идею морфологии всемирной истории Шпенглер доводит до представления о мире-как-истории, который он противопоставляет морфологии природы и миру-как-природе. Если мир-как-природа охватывает все сущее как ставшее, то мир-как-история охватывает его как становление. История вообще есть вечное становление и таким образом – вечное будущее, а природа – вечное прошлое.
Все имеющиеся сведения об истории человеческого рода позволяют, согласно Шпенглеру, говорить о двух больших периодах его существования. Точкой отсчета для первого является начало ледникового периода, а его завершением – начало высоких культур бассейнов Нила и Евфрата, когда внезапно сделался иным весь смысл человеческого существования. Этот первый период Шпенглер называет периодом примитивной культуры. Осколки этой культуры остались живыми и нетронутыми на всем протяжении второго периода только в одном регионе планеты – в Северо-Западной Африке. Здесь от давления более высоких культур смог уберечься целый мир примитивной жизни. Примитивные культуры, по Шпенглеру, резко отличаются от развитых. Примитивный человек обладает историей лишь в биологическом смысле. Шпенглер пишет про «беспорядочные метания скифов, галлов, карибов, отдельные эпизоды которых столь же малозначительны, как те, что происходят в колонии бобров или в степи, заполненной стадами газелей». Началом второго периода человеческой истории стал рубеж около 3000 г. до н.э., когда внезапно из мира примитивной культуры выросли две первых высоких культуры – египетская и вавилонская. Как предполагает Шпенглер, во всем внутреннем существе человека тогда произошел некий переворот. Изначальный человек был существом бродячим, и глубокое изменение было связано с появлением земледелия. Благодаря ему у человека появляется связь с ландшафтом, а Земля делается Матерью-Землей. Однако все великие культуры – культуры городские, и высший человек второго периода – это градопострояющее животное. Каждая культура имеет, как особый и отличный от нее период развития, свою собственную цивилизацию. Цивилизация – это органически-логическое следствие, завершение и исход любой культуры, ее неизбежная судьба. Цивилизации – самые крайние и искусственные состояния, они следуют за становлением как ставшее, за жизнью как смерть, за развитием как оцепенение, за деревней и душевным детством – как умственная старость и окаменяющий мировой город. Квинтэссенцией цивилизации становится несколько мировых городов, которые всасывают в себя все содержание истории и по отношению к которым весь ландшафт культуры опускается до уровня провинции. Житель города – это новый кочевник, оторванный от традиций и исповедующий космополитизм вместо отечества. Переход от культуры к цивилизации совершился, согласно Шпенглеру, в античности – в 4 веке, а на современном Западе – в 19 веке.
Как пишет Шпенглер, «культура рождается в тот миг, когда из прадушевного состояния вечно-младенческого человечества пробуждается и отслаивается великая душа… Культура умирает, когда эта душа осуществила уже полную сумму своих возможностей». Ключевым свойством культуры является ее способ постижения дали и времени – ее отношение к протяженности. Это отношение выражается в том или ином символе расширения, который является прасимволом всей культуры и придает ей собственный стиль и гештальт истории. Для античного мира таким прасимволом является точно определенное, замкнутое в себе тело, для западного – бесконечное пространство с глубинным натиском третьего измерения, для арабского – мир-пещера. Таким образом, каждой из великих культур присущ свой тайный язык мирочувствования. Душу античной культуры Шпенглер называет аполлонической, душу западной – фаустовской, а душу арабской культуры – магической. Прасимволом египетской культуры, по его мнению, был путь: египетская душа видела себя странствующей по узкой и неумолимо предначертанной жизненной тропе. В чем-то родственной египетской Шпенглер видит душу китайской культуры: ее отношением к протяженности является самоуглубленное скитание, приводящее однажды к цели. Русскую культуру Шпенглер видит пока что в потенции, как будущую, но еще не осуществившуюся. Ее прасимволом является бесконечная равнина. Проявлениями сущности той или иной души, проявлениями того или иного прасимвола являются все стороны жизни данной культуры. Из отношения к протяженности западной, фаустовской души, Шпенглер выводит все политическое честолюбие европейских государственных деятелей, для которых признание границы было бы равносильно унижению самой идеи их господства. Ее же проявление он видит в деяниях Коперника и Колумба, в масляной живописи, и даже в своеобразном направлении развития науки. По его мнению, статика, химия и динамика – это три физические системы, присущие соответственно аполлонической, магической и фаустовской душе. Если различать их соответственно пониманию проблемы движения (т.е. отношения к той же протяженности), то они окажутся механическим распорядком состояний, тайных сил, и процессов. Как полагает Шпенглер, такие физические понятия, как силовое поле и потенциал, в принципе невозможно было бы объяснить древнему греку. Он по своей сути полностью принадлежал настоящему, был лишен энергии направления. С этим связано и древнегреческое политическое устройство, в котором каждый отдельный полис являлся замкнутым самодостаточным миром, и его жители мало интересовались происходящими за городскими стенами событиями.
Таким образом, каждая культура имеет, по Шпенглеру, свой собственный путь развития. Однако бывает и так, что этот путь оказывается нарушен. Это может произойти по причине псевдоморфоза. Историческим псевдоморфозом Шпенглер называет случаи, когда чужая древняя культура довлеет над краем с такой силой, что культура молодая, для которой этот край – родной, оказывается не в состоянии задышать полной грудью и не только не доходит до складывания собственных форм, но и не достигает даже полного развития своего самосознания. Характерным псевдоморфозом, по его мнению, была судьба арабской культуры. Начиная с 300 г. до н.э., народы этого мира охватила мощная волна пробуждения, которая должна была привести к появлению новой культуры. Однако именно в этот момент сюда пришли македоняне и распространили тонкий слой античной культуры над всеми здешними странами. Принципиальным моментом стало сражение у мыса Акций: в нем нерожденная арабская культура противостояла дряхлой античной цивилизации. Если бы Антоний победил, это высвободило бы магическую душу, но его поражение вывело окостенелое императорство на просторы ее ландшафта. Акт пробуждения арабской культуры все же состоялся – перенесением столицы в Византию (ее Шпенглер также считает частью арабской культуры) – но опоздал на триста лет, которые были решающими для магического начального периода развития. Еще одним примером псевдоморфоза по Шпенглеру является петровская Русь. Как он полагает, русская эпоха Меровингов началась со свержения татарского ига Иваном III. Однако вслед за московской эпохой великих боярских родов и патриархов следует псевдоморфоз, начавшийся с основанием Петербурга и втиснувший примитивную русскую душу вначале в чуждые формы высокого барокко, затем Просвещения, а затем – девятнадцатого столетия. Народу, предназначением которого было еще на протяжении поколений жить вне истории, была навязана история искусственная и неподлинная. Последним следствием петровского духа и новой формой псевдоморфоза Шпенглер считал большевизм. По его мысли, русский народ тоскует по своей собственной жизненной форме, по своей собственной религии, по своей собственной будущей истории, которые – к моменту работы над «Закатом Европы» – оставались у России еще впереди.
Творчество Шпенглера стало важной вехой в идейной истории современной Европы. Одним из первых он заговорил об исчерпанности европейской цивилизации (тогда, когда признаки таковой только стали появляться), о том, что ее должна сменить на исторической сцене более молодая – русская – культура. Шпенглера внимательно читали не только профессиональные философы, но и писатели, и политические деятели – в том числе немецкие нацисты, и вообще – представители самых различных слоев общества. «Закат Европы» серьезно повлиял как на дальнейшее развитие философии, так и более широко – на современную ему культуру. Сегодня Шпенглер является одним из наиболее известных и авторитетных западных философов истории.